Главная
Новости
Строительство
Ремонт
Дизайн и интерьер




25.09.2019


14.09.2019


14.09.2019


08.09.2019


03.09.2019


26.08.2019


13.08.2019


13.08.2019


08.08.2019


06.08.2019





Яндекс.Метрика
         » » Руководящие основы советской нефтепоисковой и разведочной геологии в открытии и создании Волго-Уральской нефтеносной области

Руководящие основы советской нефтепоисковой и разведочной геологии в открытии и создании Волго-Уральской нефтеносной области

11.11.2017

Достижения советских геологов-нефтяников в области нефтепоисковой и разведочной геологии получили особо эффективное приложение и дальнейшее развитие в деле открытия и создания богатейшей Волго-Уральской нефтеносной области (Второго Баку).
Ранее мы кратко изложили историю открытия Волго-Уральской нефтеносной области п показали исключительно важную роль при этом И.М. Губкина.
В деле организации поискового бурения на нефть на обширной территории Урало-Поволжья И.М. Губкину, как мы видели, приходилось много раз преодолевать сопротивление со стороны видных в то время (1928—1932 гг.) геологов-нефтяников, включая и Д.В. Голубятникова.
Победа в этой борьбе оказалась на стороне И.М. Губкина. Она показала высокую идейность основных принципов советской нефтепоисковой и разведочной геологии и укрепила в целом научные позиции передовых советских геологов-нефтяников, поддерживавших И.М. Губкина в борьбе с консерваторами (К.П. Калицкий и др.) и полностью разделявших как его прогрессивное учение, так и оптимистические, научно-обоснованные взгляды на богатые перспективы по нефти всего Урало-Поволжья.
Среди таких геологов-нефтяников следует, в первую очередь, упомянуть академика А.Д. Архангельского, труды которого в определенной мере способствовали успешному открытию новой Волго-Уральской пефтеносной области. Для нас в этой связи представляет большой интерес его статья, опубликованная в 1929 г. под названием: «Где и как искать новые нефтеносные области в СССР?».
1927—1928 годы являются началом оформления советской нефтепоисковой и разведочной геологии сначала в Азербайджане, а затем и в других нефтегазоносных областях.
Чем же руководствовались в то время при поисках месторождений в новых районах на необозримой территории нашей страны? Ответ на этот вопрос мы находим у А.Д. Архангельского — видного тогда ученого нашей Родины.
«Совершенно очевидно, — писал он (1929), — что искать новые нефтеносные районы на колоссальной площади России можно лишь руководствуясь какими-то определенными общими представлениями об условиях нахождения нефти в земной коре, связанных с условиями ее образования, с одной стороны, учитывая известные нам способы образования промышленных скоплений нефти, с другой, и принимая во внимание объективные внешние признаки, с третьей».
«Основной предпосылкой, — продолжал далее А.Д. Архангельский, — для правильного направления поисков мне представляется первое из упомянутых сейчас условий. Зная условия образования нефти в земной коре, мы можем наметить районы, где такие условия в геологическом прошлом осуществлялись и в них уже отыскивать и внешние признаки нефтеносности, и благоприятные для промышленных скоплений нефти структурные формы. Это, без сомнения, есть единственный правильный научный метод решения поставленной задачи, но исторически при отсутствии общепризнанной или хотя бы вполне серьезно обоснованной теоретической базы, на первый план всегда выдвигалось третье условие — наличие внешних признаков нефтеносности, в виде выходов нефти и газа, закированности пород и проч.».
Однако и сам А.Д. Архангельский, как и многие геологи-нефтяники, хорошо тогда понимал далеко но достаточную убедительность этого третьего по его счету условия, так как «легко видеть, что в случае идеальных месторождений, вполне изолированных от дневной поверхности и потому полностью сохранивших нефть, этих впешних признаков по должно быть, и, опираясь только на них, мы пройдем мимо самых ценных районов».
Помимо этого, внешние признаки нефтеносности могут совершенно различно пониматься разными геологами, что подтвердилось на примере оценки перспектив нефтеносности Волго-Уральской области. К.И. Калицкий, Н.Н. Тихонович и др. рассматривали их здесь как признак полного истощении некогда существовавших в Урало-Поволжье нефтяных месторождении, а И.М. Губкин и его сторонники, наоборот, видели здесь во внешних нефтепроявлениях прямые указания па существование в отложениях девона и карбона богатых месторождений нефти.
Несмотря на это, А.Д. Архангельский, хотя и отмечает, что он мог бы в дальнейшем поставить непосредственные признаки нефтеносности на принадлежащее им третье место, однако, «учитывая исторически выработавшуюся психологию геолога», начинает, к сожалению, обзор отдельных районов Советского Союза, благоприятных для поисков залежей нефти, с внешних признаков нефтеносности. Только после этого, он переходит к отысканию на обширной территории нашей страны «таких участков земной коры», в которых в ту или иную геологическую эпоху имелись условия, благоприятствовавшие возникновению процессов нефтеобразования и наличию нефтеобразующих пород. В соответствии с этим он и отмечает, что «в европейской части СССР, которую мы должны при поисках, конечно, ставить на первое место, выходы нефти и закированных пород вне эксплуатируемых районов известны вдоль западного склона Урала, в некоторых пунктах между Уралом и Волгой и, наконец, кое-где но правобережью последней».
Здесь А.Д. Архангельский и выделяет пять обширных районов, заслуживающих, по его мнению, организации геологического обследования и разведочного бурения с целью поисков месторождений нефти, главным образом, в отложениях девонской и каменноугольной систем.
Следует отметить, что перед опубликованием рассматриваемой статьи А.Д. Архангельского, 15 мая 1928 г. выступил на страницах «Торгово-промышленной газеты» И.Н. Стрижов, с постановкой вопроса о необходимости найти нефть «поближе к Москвин главным рынкам внутреннего сбыта», геологически обосновывая возможность подобной находки наличием в пределах Русской равнины благоприятных для скопления нефти структур, а также известной аналогией ее геологического строения с некоторыми нефтеносными штатами США (Пенсильвания и др.).

Статья И.Н. Стрижова вызвала в той же газете 28 июля 1928 г. ответ Н.Н. Тихоновича, который пессимистически расценил его предложение. «Вряд ли интересны районы, — писал Н.Н. Тихонович, — с обнаженными пластами нефтеносных свит в Самарской губернии, но западному склону Среднего Урала и тому подобных мест, отмеченных И.Н. Стрижовым».
По этому поводу в конце 1928 г. А.Н. Розанов опубликовал статью: «Следует ли искать нефть в пределах Русской равнины и где именно?», в которой он подкреплял перспективы нефтеносности Урало-Поволжья и, в противоположность Н.Н. Тихоновичу, обосновывал необходимость немедленного развертывания здесь работ с целью поисков промышленных залежей нефти. Он рекомендовал, например, проведение следующего комплекса геологопоисковых и разведочных работ: 1) систематическое изучение тектоники всего пространства между Волгой и Уральским хребтом, с одной стороны, и между Камой и Каспийским морем, с другой, с детальным картированием отдельных участков благоприятных тектонических структур; 2) производство бурения на пермскую нефть в точном соответствии с данными по изучению тектоники района; 3) закладка нескольких буровых на девонско-каменноугольную нефть в Самарском районе в пунктах наибольшей вероятности ее сохранения, после тщательного обсуждения и выбора места такой закладки и 4) поиски новых месторождений нефти, приуроченных к куполам и брахиантиклиналям между Общим Сыртом и Урало-Эмбенским районом.
Поскольку А.Д. Архангельский писал свою статью после получения первой уральской нефти в Чусовских Городках, он имел возможность, в сравнении с А.Н. Розановым, конкретнее наметить районы проведения геолого-разведочных работ на нефть в Урало-Поволжье. В соответствии с этим среди выделенных им пяти районов он выдвинул на первое место «после бурения у Чусовских Городков» огромную полосу, непосредственно прилегающую к западному склону Урала, и даже часть самого склона.
Следующими рекомендовавшимися А.Д. Архангельским районами являлись (в порядке их рекомендации): 2) район Самарской Луки, Сока и Шешмы; 3) территория Вятских увалов; 4) область Общего Сырта и 5) Доно-Медведицкая антиклинальная зона и область Саратовских дислокаций.
Таким образом, в 1929 г. А.Д. Архангельский, как и И.М. Губкин, считал весьма перспективной для поисков промышленных залежей (месторождений) нефти огромную территорию на востоке европейской части Советского Союза, которая получила название Волго-Уральской нефтеносной области.
Восточной границей этой области он считал линию сплошных выходов девонских пород на западном склоне Урала. Западная граница совпадала на юге с границей Восточно-Русской впадины, проходя еще южнее к западу от поднятий Доно-Медведицкой антиклинальной зоны и Саратовского уезда. К северу граница возможно нефтеносной области, по мнению А.Д. Архангельского, проходила восточнее Окско-Цнинского вала, в районе Симбирско-Саратовского прогиба, или синеклизы. К северу от Волги она прослеживалась западнее района Вятских увалов, через южную часть Тимана и далее где-то между Тима ном и хребтом Чернышева в Вольшеземельской тундре.
Следовательно, А.Д. Архангельский относил к Волго-Уральской возможно нефтеносной области даже значительную часть современной Тимано-Печорской нефтегазоносной провинции, протягивая ее территорию, видимо, вплоть до берегов Баренцева (Печорского) моря.
Благоприятная характеристика перспектив нефтеносности этой огромнейшей территории, данная А.Д. Архангельским, оказала исключительную помощь И.М. Губкину в его борьбе за продолжение в Урало-Поволжье геологопоисковых и разведочных работ. Эта борьба увенчалась в 1932 г., как известно, блестящей победой — нефтяные фонтаны в Ишимбаево возвестили об открытии Волго-Уральской нефтеносной области и о полном подтверждении ее богатых перспектив нефтегазоносности.
В соответствии с этим XVII съезд ВКП(б) поставил важнейшую для нашей страны задачу — взяться серьезно за организацию крупной нефтяной базы в районах западных и южных склонов Уральского хребта, что и было выполнено в течение последующего времени. В Урало-Поволжье создана самая крупная нефтяная база в нашей стране, первая нефтяная база Советского Союза.
Ниже мм подробно осветим главнейшие пути развития этой базы, ее современное состояние и дальнейшие перспективы, а сейчас продолжим тему о руководящих основах советской нефтепоисковой и разведочной геологии.
Как можно было заключить из изложенного в настоящей работе материала, И.М. Губкин в постановке вопроса о высоких перспективах по нефти Волго-Уральской области никогда не начинал обоснования их с поверхностных нефтепроявлений. Он не придерживался «исторически выработавшейся психологии геолога», от которой, видимо, не смог отказаться А.Д. Архангельский. И.М. Губкин на первое место при этом всегда выдвигал пелеогеографическую обстановку, благоприятную для нефтегазообразования, и региональную палеотектонику, оказавшую соответствующее влияние на формирование залежей нефти и газа. Он никогда не говорил об отсутствии у нас «общепризнанной или хотя бы вполне серьезно обоснованной теоретической базы», под которой А.Д. Архангельский имел, несомненно, в виду теорию образования нефти (и газа) и теорию скопления их в земной коре в виде промышленных залежей.
И.М. Губкин при обосновании руководящих положений нефтепоисковой геологии исходил из: 1) органической, как он тогда называл сапропелевой теории смешанного растительно-животного происхождения нефти (и газа) и 2) такой палеогеографической обстановки, при которой в прибрежных зонах древних морей от нижнекембрийского до верхнеплиоценового времени создавались благоприятные условия для их (нефти и газа) образования и для отложения песчаных пластов, которые могли бы послужить в дальнейшем коллекторами для образовавшихся нефти и газа.
В соответствии с этим И.М. Губкин и сформулировал в своем классическом труде «Учение о нефти» закон распределения нефтяных месторождений, согласно которому имеет место расположение их «в окраинных зонах горных цепей и на их погружениях, в местах развития вторичной значительно ослабленной складчатости». Имеет также место «нахождение многочисленных месторождений в больших геосинклинальных зонах, расположенных между большими горными областями».
Подобную закономерность он объяснял тем, что «в краевых зонах горных хребтов и в геосинклиналях во все геологические эпохи создавались условия, благоприятные для скопления органического материала в породах, которые и послужили исходным материалом для образования нефти».
Мы подробно остановились на учении П.М. Губкина о процессах нефтеобразования в прошлом в местах, отвечающих современным краевым зонам горных хребтов потому, что аналогичные явления имели место и в пределах краевых зон платформ, прилегающих к геосинклиналям при трансгрессии геосинклинального моря на платформу.
При такой трансгрессии моря, особенно на сушу платформы с сильно изрезанным рельефом, создавалась маcca заливов, лагун, лиманов, эстуарии и т. п., в которых пышно развивалась органическая жизнь, обесценившая здесь в дальнейшем образование нефти и газа и формирование их залежей, в полном соответствии с представлениями И.М. Губкина, изложенными выше. Эта картина стала предельно ясной только после открытия и освоения Волго-Уральской нефтеносной области.
«В настоящее время, — писал в 1939 г. по этому поводу И.М. Губкин (1950), — уже твердо установлено и подкреплено многочисленными фактами непосредственной разработки нефтяных месторождений, что значительная их часть находится на платформенных областях».
Приводя как пример в этом отношении Великую равнину Среднего континента в США, которая, как известно, является подземным продолжением Канадского кристаллического щита, он добавляет: «после нахождения промышленной нефти в Чусовских Городках началась новая эра в развитии нашей нефтяной промышленности. Мы стали искать нефть в пределах Русской платформы и нашли ее в больших промышленных количествах».
Открытие у нас в Советском Союзе нового типа нефтяных месторождений, приуроченных к платформенной области и связанных с чрезвычайно пологими антиклинальными поднятиями и четковидно расположенными вдоль их сводовых линий куполами и брахиантиклиналями, И.М. Губкин считает одним из крупнейших достижении нефтяной советской геологии.
«Это открытие, — подчеркивал он, — значительно расширяет нефтяные возможности и перспективы нашей Родины, ибо такие структуры в пределах восточной части Русской плиты насчитываются десятками. Мы знаем теперь, что нам нужно искать и какими путями вести эти поиски».
Теперь мы, действительно, знаем где нам надо искать нефть и газ на обширнейших просторах нашей страны, что надо делать для этого и какими способами искать. Теперь мы в какой-то мере уже представляем себе основные закономерности размещения нефтяных и газовых месторождений на земном шаре и, в частности, на территории нашей Родины. Знаем куда нам надо в первую очередь направлять наши работы для поисков и открытий новых нефтеносных и газоносных районов.
Значительная заслуга в этом принадлежит И.М. Губкину. М.Ф. Мирчинк подчеркивает, что И.М. Губкин развил на основе тщательного анализа как отечественных, так и зарубежных данных, высказанное ранее Делонэ попутное замечание о закономерной приуроченности нефтяных и газовых месторождений к периферийным зонам складчатых горных сооружений и обосновал его в виде закона размещения региональных зон нефтегазообразования и нефтегазонакопления в геосинклинальных, складчатых областях.
«Им же в посмертно изданном капитальном труде по Волго-Уральской нефтегазоносной области, — продолжает М.Ф. Мирчинк, — были высказаны соображения о закономерностях размещения нефтяных и газовых месторождений и в пределах платформ».
Таким образом, советская нефтепоисковая и разведочная геология располагает в настоящее время основными руководящими положениями при поисках новых нефтегазоносных районов на территории нашей страны и, в соответствии с этим, может направлять геологопоисковые и разведочные работы.
Эти положения сводятся к тому, что перспективными для поисков новых нефтегазоносных районов, в основном, являются:
1) зоны передовых хребтов складчатых областей или периферийные зоны складчатых горных сооружений;
2) краевые зоны платформ, на которые распространялись морские трансгрессии из прилегающих геосинклинальных областей, за все время существования каждой из них;
3) платформенные (внешние) и геосинклинальные (внутренние) борта предгорных прогибов, а иногда и центральные их части.
Добавим, что наиболее благоприятными, но нашему мнению, для поисков нефтяных и газовых месторождений в пределах каждого прогнозно установленного перспективного района в указанных зонах, являются крупные участки «выклинивания» отдельных свит и горизонтов продуктивных но нефти и газу отложений, особенно на площадях, осложненных наличием поднятий антиклинальной формы.
Объясняется это исключительно выгодными условиями сохранности сформировавшихся здесь залежей нефти и газа, обычно называемых стратиграфическими, в условиях выклинивания и экранирования продуктивных отложений непроницаемыми породами, гарантирующими их (залежи) от разрушения при наличии различного рода тектонических подвижек, переживаемых исследуемым районом.
Вообще же сложившиеся исторически в течение многолетней практики научно-теоретические предпосылки проведения геологопоисковых и разведочных работ на нефть и газ в новых перспективных районах и выбора наиболее рациональных направлений этих работ и первоочередных для поисков и разведки площадей, определяются наличием четырех главнейших факторов возможного нахождения промышленных залежей нефти и газа в недрах:
1) местных благоприятных палеогеографических и пелеотектонических условий, способствовавших в прошлые геологические эпохи накоплению органического нефтематеринского вещества и превращению его в нефть (и газ); при этом учитываются нефтегазопроявления на поверхности, если они были установлены;
2) пластов-коллекторов, благоприятных но физическим свойствам и литолого-фациальным особенностям для нефтегазонакопления и нефтегазоотдачи;
3) благоприятных для скопления нефти и газа «ловушек» — структурного, стратиграфического и литологического характера (типа);
4) соответствующей покрышки (толщи отложений) из практически непроницаемых пород, достаточной по своей мощности для обеспечения сохранности образовавшихся залежей нефти и газа.
При наличии этих факторов, благоприятных для поисков нефти и газа, каждая новая площадь в пределах перспективного района должна быть предварительно подготовлена с помощью геологических исследований и геофизических методов разводки к заложению по рациональной системе поисковых скважин, в результате бурения которых и выявляется существование или отсутствие здесь промышленных залежей.
После доказательства действительного наличия таких залежей новое месторождение нефти или газа поступает в промышленную разведку, при которой каждая из залежей подготавливается к разработке.
Таковы в целом руководящие основы советской нефтепоисковой и разведочной геологии.