Главная
Новости
Строительство
Ремонт
Дизайн и интерьер




25.09.2019


14.09.2019


14.09.2019


08.09.2019


03.09.2019


26.08.2019


13.08.2019


13.08.2019


08.08.2019


06.08.2019





Яндекс.Метрика
         » » Развитие Волго-Уральской нефтегазоносной области и современное состояние изученности отдельных ее районов

Развитие Волго-Уральской нефтегазоносной области и современное состояние изученности отдельных ее районов

11.11.2017

Развитие Волго-Уральской нефтегазоносной области началось после получения здесь первой нефти в Верхне-Чусовских Городках в апреле 1920 г. из скв. 20 Геологического комитета.
Эта скважина была заложена профессором П.И. Преображенским для выявления южной границы распространения Соликамских калийных солей. Она дала нефтяной фонтан с глубины 332 м из брахиоподо-мшанковых известняков, залегающих под галогенной толщей кунгура.
Однако решающее значение в деле успешного развития Урало-Поволжья имели нефтяные фонтаны, полученные в мае 1932 г. на Ишимбаевской площади в Башкирской АССР из пермских отложений в скв. 702 и 703, заложенных А.А. Блохиным — учеником и по следователем И.М. Губкина.
«Если Чусовские Городки, — говорил по этому поводу И.М. Губкин, — заставили развить разведку вдоль Урала, то Ишимбаевское месторождение заставит развернуть широкую разведочную работу по всему Приуралью и по всему Поволжью».
И действительно, после открытия Ишимбаевского месторождения широко развернулись в пределах всего Урало-Поволжья геологические исследования, геофизическая разведка, научно-исследовательские работы и разведочное бурение.
Геологические исследования были проведены на территории обширного пространства западного склона Урала и др. При этом оказалось, что пи одни из геофизических методов в отдельности не в состоянии был определить ни местоположения, ни конфигурации погребенных рифогенных массивов нижнепермского времени с установленными на Ишимбаевской площади залежами нефти. Однако комплексные геофизические исследования могли оказать существенную помощь в поисковых работах.
Огромную помощь в поисковой деятельности оказывали и научно-исследовательские работы. Главная заслуга их в то время заключалась в том, что они установили вторичное залегание артинской нефти в рифогенных массивах и благодаря этому обосновали необходимость разведки нижезалегающих отложений карбона и девона.
В соответствии с этим широко признавалось, что «нельзя оставить без разведки более глубокие горизонты». Необходимость подобной разведки усугублялась еще и тем, что в 1933 г. на Самарской Луке в скв. 401 и 402, расположенных вблизи Сызрани и Ставрополя, были выявлены в основании среднего карбона признаки нефтеносности.
Открывшиеся новые перспективы обнаружения промышленных залежей в отложениях карбона и упомянутое выше решение XVII съезда ВКП(б) еще более усилили геологопоисковые и разведочные работы на территории Урало-Поволжья.
Этому способствовали и новые открытия в июне 1934 г. в Пермской области.
Нa Краскокамской площади, в 40 км от г. Перми, производилось строительство мощного бумажного комбината. Для получения воды постоянной температуры на территории строительства пробурили станком Кэйстона до глубины 75 м скважину, при растартывании которой были отмечены пленки нефти. Как впоследствии установили, эта скважина вскрыла насыщенные нефтью доломиты, залегающие в низах кунгурского яруса пермской системы. Была организована геолого-разведочная контора Пракамнефть для проведения в Пермской области геологопоисковых работ и разведочного бурения па нефть. Главным геологом конторы был назначен Н.П. Герасимов.
Нa площади строительства бумкомбината в 1935 г. были заложены поисковые скважины.
Одновременно с проведением геологической съемки Краснокамского района была намечена электроразведка и составлен план профильной разведки крелиусными (структурно-колонковыми) скважинами, которые являлись и поисковыми в части установления характера и степени нефтеносности отложений пермской системы.
В результате этих работ на территории Краснокамска была обнаружена брахиантиклинальная складка северо-восток-юго-западного простирания, размером но продольной осп более 15—20 км, а пробуренные крелиусные скважины выявили приток нефти из кунгурских отложений с дебитом не более 60—70 л/сутки.
Более благоприятные результаты были получены здесь при бурении поисково-оценочных скважин. Так, скв. 7, пробуренная до глубины 953 м, дала из отложений среднего карбона в апреле 1936 г. первый в Пермской области фонтан легкой нефти (уд. вес 0,845) с начальным добитом в 200 т/сутки.
Надо заметить, что в книге А.А. Трофичмука «Урало-Поволжье — новая нефтяная база СССР» (1957) имеется неточная информация. Так, например, он пишет будто «отрицательные результаты опробования верейского горизонта в Сызрани были использованы для обоснования прекращения бурения скв. 7», что распоряжение о прекращении ее бурения якобы было получено в момент, когда она имела забой на глубине 800 м и что «только благодаря настойчивости местных работников — геолога С.К. Лавановича и бурового мастера С. А. Белова и его бригады скв. 7 продолжали углублять и па глубине 903 м была вскрыта пачка аргиллитов и известняков среднего карбона, сильно насыщенных нефтью...»
Автор, будучи тогда главным геологом Главнефти, не помнит такого случая, чтобы было получено распоряжение о прекращении бурения скв. 7, тем более, как пишет А.А. Трофимук, при достижении глубины 900 м. Вероятно, А.А. Трофимук получил на этот счет недостаточно точную информацию и не проверил ее.
Дальнейшая разведка глубоким бурением на Краснокамском месторождении привела к открытию здесь в 1937 г. промышленных залежей нефти и в угленосной свите нижнего карбона, а в июле 1938 г. промышленный приток нефти из верейского горизонта среднего карбона был получен уже на соседней с Краснокамским месторождением Северокамской структуре.
За некоторое время до этого усилиями геофизиков и геологов было доказано, что Краснокамская и Северокамская структуры приурочиваются к крупному (до 70—80 км) структурному валу юго-запад-северо-восточного простирания. Крайним поднятием на этом валу далее на северо-восток от Северокамской структуры являлась Полазненская структура, на которой поисково-разведочное бурение было начато в сентябре 1937 г., а первая промышленная нефть из горизонта А среднего карбона была получена в июле 1939 г. В пределах этого вала, получившего название Краснокамско-Полазненского, и была затем в течение нескольких лет, до открытия южной группы нефтяных месторождений и богатейшего Ярино-Каменоложского месторождения (см. ниже), сосредоточена основная добыча нефти в Пермской области, достигшая в 1940 г. 147,5 тыс. т.
Спустя месяц после получения нефтяного фонтана из скв. 7 на Краснокамской площади, был получен впервые после длительных, упорных и настойчивых поисков промышленный приток нефти па Самарской Луке в районе г. Сызрани, в 700 км от Kpacнoкамска, из аналогичных отложений горизонта А среднего карбона.
Дальнейшие события в пользу подтверждения богатых перспектив Урало-Поволжья ускоренно следовали одно за другим, убедительно доказывая возможность создания в течение ближайших лет мощной нефтяной базы на востоке европейской части Советского Союза.
Так, в апреле 1937 г. из скв. 10 на Сызранском месторождении получили нефтяной фонтан с дебитом более 50 т/сутки из нового горизонта в угленосной свите нижнего карбона, получившего название горизонта Б, а через месяц была открыта впервые промышленная залежь нефти в той же угленосной свите нижнего карбона на Туймазинской структуре, выявленной в западной части Башкирской АССР на р. Ик. Здесь скв. 1 вскрыла на глубине 1108 м нефтенасыщенные песчаники угленосной свиты нижнего карбона, при опробовании которых был получен нефтяной фонтан с начальным дебитом 45—50 т.
В июне — августе 1937 г. фонтаны нефти из той же угленосной свиты были получены еще в двух скважинах, благодаря чему на Туймазинском месторождении была разведана площадь порядка 12—15 км2. Большое значение имело то, что структура месторождения по верхним горизонтам хорошо совпадала со структурой залегания угленосной свиты. Это значительно облегчало и ускоряло дальнейшую разведку нового месторождения, сыгравшего затем исключительно важную роль в деле открытия и освоения девонской нефти.
Автор и О.П. Грацианова, уделявшие тогда значительное внимание поисковой разведке на Туймазинской структуре, высоко оценивали перспективы нефтеносности этого крупного платформенного поднятия. Своими представлениями по этому вопросу они достаточно исчерпывающе для того времени (в 1937 г.) поделились с читателями на страницах журнала «Нефтяное хозяйство» (№ 9), в статье: «Новый нефтеносный Туймазинский район Башкирской АССР».
Таким образом, к началу 1939 г. на территории Волго-Уральской области была создана солидная база для организации в сравнительно крупных для того времени масштабах промышленной разработки и эксплуатации выявленных месторождении нефти в районе Ишимбая, на Самарской Луке, в Туймазинском районе, па территории Краснокамско-Полазненского вала и в Оренбургской области в районе Бугуруслана.
В соответствии с этим в решениях XVIII съезда ВКП(б) было записано, что создание между Уралом и Волгой новой нефтяной базы страны является первостепенной и неотложной государственной задачей. Намечалось уже в 1942 г. добыть здесь 7 млн. т нефти, в сравнении с 1920 тыс. т, которые были добыты в 1938 г.
Подобный теми планируемого роста добычи нефти на территории Урало-Поволжья предъявлял к геологам еще более высокие требования в решении основной геологической задачи — открыть в наиболее короткий срок между Волгой и Уралом богатые залежи девонской нефти, наличие которой по аналогии с Ухтинским районом давно предсказывали И.М. Губкин и А.Д. Архангельский.
Эта задача была положительно разрешена здесь только после ряда безуспешных, но целеустремленных попыток, подробно описанных А.А. Трофимуком.
Дли ясности дальнейшего изложения все же следует упомянуть некоторые из этих попыток. Большого внимания заслуживает, в первую очередь, обнаружение в 1939 г. признаков нефтеносности в отложениях фаменского яруса в скв. 148 на Туймазинском месторождении.
В начале 1940 г. по соседству с Туймазинским месторождением, на Ардатовской структуре была вскрыта в скв. 1 ниже доманиковой свиты терригенная пачка среднего девона, верхний прослой песчаника в которой оказался насыщенным нефтью. Однако при опробовании скважины был получен приток высокоминерализованной хлоркальциевой воды с пленками нефти.
В 1940 г. отложения девонской системы были полностью вскрыты и в скв. 49 на Сызранской структуре. Среди них был обнаружен прослой песчаника мощностью 0,5 м, пропитанного нефтью, при опробовании которого также была получена высокоминерализованная хлоркальциевая вода без всяких нефтепроявлений.
Таким образом, поисковая разведка на отложения девонской системы, проведенная в предвоенные годы на территории Урало-Поволжья, если и не дала непосредственно положительных результатов в выявлении залежей нефти, то наглядно указала на наличие весьма убедительных доводов для обнаружения их в дальнейшем.
Необходимость интенсивных поисков высокодебитных залежей нефти в отложениях девонской системы диктовалась тем, что прирост добычи нефти из продуктивных пластов карбона на таких месторождениях, как Туймазинское, Краснокамское и Северокамское, не покрывал падения добычи нефти по Ишимбаевскому месторождению. Вследствие этого назревала серьезная угроза в снижении достигнутого уровня нефтедобычи на территории Урало-Поволжья.
Это положение осложнилось вероломным нападением в 1941 г. фашистской Германии на Советский Союз. Особое значение начала принимать Волго-Уральская область, как временная основная база по снабжению нефтью нашей Родины.
Партия и правительство приняли ряд мероприятий но резкому усилению на востоке страны нефтепоисковых и разведочных работ. Однако потребовалось пережить много неудач, несколько раз вносить изменения в направление и методику поисково-разведочных работ, уточнять объекты исследования в области тектоники и стратиграфии, прежде чем эти мероприятия дали благоприятные результаты.
Первый из этих результатов относится к открытию Кинзебулатовского нефтяного месторождения. Это открытие в освещении A.A. Tpoфимука является настолько поучительным (в историческом аспекте) для практики нефтепоисковой геологии, настолько характерным для представления о борьбе мнений среди отдельных групп геологов, которая обычно имеет место при временных неудачах в поисковой деятельности, что его нельзя не привести на страницах настоящей работы.
Дело в том, что широкий размах поисковых и разведочных работ, осуществленных в 1941—1942 гг. на территории Ишимбаевского района, не оправдал возлагавшихся надежд и оказался малоэффективным.
Практически было закончено только оконтуривание Кузьминовского, Буранчинского и Термень-Елгинского массивов, выявленных в 1939 г. Новых массивов в ближайшем расположении от Ишимбая обнаружено но было, за исключением северного направления. Здесь было установлено наличие Карагановского, Кугалакского и Амировского массивов, однако они оказались одиночными, небольшими по площади, с незначительным этажом нефтеносности и плохими коллекторами.
«В связи с неудовлетворительными результатами поисков новых нефтяных месторождений в Ишимбаевском районе, — пишет А.А. Трофимук, — необходимо было пересмотреть направление всех поисковых работ, теорию и практику их применения. Это было сделано в 1942 г.».
Однако в отношении выбора направления этих работ не имелось единой точки зрения. Работники Башкирской нефтяной экспедиции Академии наук СССР и геологи ЦНИЛ объединения Башнефть считали необходимым дальнейшие поиски новых месторождений нефти ориентировать, в основном, на поиски месторождений ишимбаевского типа в пределах установленной с помощью гравиметрии границы между западным бортом Предуральского прогиба и восточным склоном Русской платформы. Геологи же объединения Башнефть, учитывая уже полученные результаты, полагали, что и в дальнейшем в рекомендуемой зоне будут открываться только маломощные массивы, аналогичные ранее обнаруженным в Караганове, Kyгапаке и Амирове, Поэтому в целях обнаружения богатых месторождений нефти они предлагали наряду с поисками рифовых массивов выдвинуть на первый план поиски к востоку от рифовой фации месторождении нового типа, подобных открытому в марте 1941 г. Карлинскому, приуроченному к узкой антиклинальной складке, сложенной известняками и мергелями сакмарского и артинского ярусов, перекрытых ангидритами и гипсами кунгура. Первая же группа геологов это направление, наоборот, считала второстепенным, второочередным.
В результате последующие поисковые работы в Предуральском прогибе были направлены по обоим названным направлениям, но по совершенно новой методике заложения поисковых скважин.
Дело в том, что к моменту пересмотра направления работ, главную причину неудач в открытия новых месторождений в Итимбаевском районе начали усматривать в неправильном расположении поисковых скважин, а именно: разбуривались отдельные весьма ограниченные по площади участки, которые признавались перспективными, а не крупные территории определенного регионального значения.
Поэтому перешли на такую методику заложения поисковых скважин, при которой они размещались по профилю вкрест простирания фациальных полос или структур. Такие профили скважин задавались в тех местах, где по геологическим, геофизическим и другим данным были установлены показания на возможное обнаружение погребенных структур.
Пот на одном из таких профилей, заданном в середине 1942 г. и проходящем через д. Малое Баиково, крайняя восточная скв. 3, заложенная в зоне поднятий кунгура у д. Кинзобулатово вскрыла на глубине 700 м артинские отложения, представленные такой же фацией, как и на Кардовской площади. Это означало, что она обнаружила поднятие и в артинских отложениях. Заложенные после этого три поисковые скважины: в восточном, северо-западном (№ 5) и юго-восточном направлениях подтвердили наличие южной периклинальной части Кинзебулатовской антиклинальной складки, а скв. 5 установила обильные признаки нефти в отложениях артинского яруса, вскрытые здесь наиболее высоко. Нa глубине 650 м начали проходиться артинские трещиноватые мергели с прослоями известняков, залегающих на сакмарских известняках, которые были обильно насыщены нефтью в трещинах и кавернах. Несмотря на то, что при остановке бурения на уровне глинистого раствора скапливалась чистая нефть, при опробовании вскрытых известняков сак-мара открытым забоем была получена вода с пленками нефти. При опробовании же артинских трещиноватых мергелей с прослоями известняков, смоченных нефтью по вертикальным трещинам, путем нарушения (разреза) обсадной колонны на глубине 500 м ударил открытый мощный нефтяной фонтан, который выбрасывал ежесуточно до 6000 т нефти.
Так было открыто повое богатое Кинзобудатовское месторождение.
Благодаря этому удалось в 1943 и 1944 гг., когда особенно остро ощущалась потребность в восточной нефти для нужд фронта, по только приостановить падение, но и значительно повысить добычу нефти по Ишимбаевскому району.
В этом отношении весьма благоприятными оказались результаты, полученные в 1943 г. и на месторождении Зольный Овраг, на востоке Самарской Луки, где был получен из угленосной свиты нижнего карбона наиболее крупный (из этой свиты) фонтан нефти, с дебитом до 200 т/сутки. Продуктивный пласт песчаника имел мощность до 35 м.
Это открытие показало, что угленосная свита нижнего карбона может содержать на территории Волго-Уральской области высоко-дебитные залежи нефти, что и было впоследствии подтверждено на Мухановском месторождении, расположенном на восточном погружении Жигулевской дислокации.
Наибольшим же достижением нефтепоисковой геологии рассматриваемого периода явилось открытие в 1944 г. девонской нефти, вначале, как мы уже отметили, на месторождении Яблоновый Овраг на Самарской Луке, а затем на Туймазинском месторождении в западной части Башкирии.
«Открытием девонской нефти на Самарской Луке и в Туймазах, — писал А.А. Трофимук, — был весьма успешно завершен длительный период поисков нефти в девонских отложениях. От первых настойчивых предложений Г.Д. Романовского о необходимости осуществления поисков нефти в девонских отложениях до начала практической реализации этих предложении прошло 63 года. Процесс же открытия девонской нефти длился еще 13 лет».
Наиболее успешно разведка девонской нефти протекала в течение ряда последующих лет главным образом на территории Туймазинского месторождения. Здесь была выявлена огромная площадь распространения высокодебитных залежей нефти.
В августе 1945 г. девонская нефть была открыта и на Северокамской площади в Пермской области, где поиски были начаты непосредственно после установления ее залежей на Яблоповоовражном и Туймазинском месторождениях. Однако дальнейшая разведка девонской нефти в Пермской области не дала положительных результатов, главным образом, из-за весьма неблагоприятных литологофациальных и коллекторских особенностей продуктивных пластов поддоманиковой толщи девонских отложений.
Поэтому вся разведка здесь в дальнейшем вплоть до настоящего времени была сосредоточена на поисках новых месторождений и новых залежей нефти в отложениях каменноугольной системы, преимущественно в нижнем ее отделе. В этой области были достигнуты весьма благоприятные результаты. Однако отрицательные итоги девонской разведки являются непонятными, если принять во внимание, что высокодебитные залежи нефти в отложениях девонской системы имеют сравнительно широкое распространение в соседней с Пермской областью Тимано-Печорской нефтегазоносной провинции, история разведочных работ на территории которой была изложена нами выше.
Видимо, не все еще изучено пермскими геологами в области поисков девонской нефти на их территории, не все еще сделано в части исчерпывающего анализа палеогеографической обстановки и палеотектонических условий девонского времени, особенно в сопоставлении с Тимано-Печорской провинцией. Нам представляется, что разведку в Пермской области девонской нефти нельзя признать законченной.
В связи с отрицательными результатами разведки в Пермской области основным поставщиком девонской нефти в нашей стране в сороковых годах было Туймазинское месторождение, которое сохраняло свое лидерство вплоть до открытия Ромашкинского месторождения в Татарской АССР и Шкаповского месторождения — в Башкирии.
Важным достижением было также открытие в Саратовской области в сентябре 1942 г. в отложениях каменноугольной системы промышленных залежей природного газа.
Первый газовый фонтан был получен здесь из иерейского горизонта среднего карбона на Елшанской структуре, расположенной в зоне Саратовских дислокаций, вблизи г. Саратова. В связи с этим здесь с 1942 г. резко усиливаются поисковые и разведочные работы, подготавливаются в большом количестве новые перспективные для поисков нефти и газа структуры, которые вводились в поисковое бурение. В результате этого промышленные залежи газа были обнаружены на соседней с Елшанской Курдюмской площади, а затем — на Песчано-Уметском, Иршговском поднятиях и ряде других.
Залежи были выявлены в Саратовской области не только в верейских пластах, но и в намюре, угленосной свите и турнейском ярусе каменноугольной системы.
Таким образом, на территории всего Урало-Поволжья — от северных границ Пермской области до южных границ Саратовской, па протяжении почти 1500 км было установлено наличие промышленных залежей нефти и газа.
В 1945 г. добыча нефти по всем районам Урало-Поволжья возросла в 1,5 раза в сравнении с 1940 довоенным годом и составила 2833 тыс. т.
Изменилось и стратиграфическое положение основных объектов разработки. Если в 1940 г. из отложений пермской системы было добыто 78% от всей добычи по Волго-Уральской области, а остальное (22%) —из карбона, то в 1945 г. доля участия здесь пермской нефти снизилась до 48,5%, карбоновой возросла до 27,5%, а остальное (24%) составила добыча нефти из отложений девонской системы.
В дальнейшем доля участия девонской нефти в общей добыче по Волго-Уральской области непрерывно росла, достигнув максимума после ввода в промышленную разработку Бавлинского, Ромашкинского и Шкановского месторождений. Освоение промышленной разработкой этих месторождений с применением законтурного и внутриконтурного заводнения характеризует, но сути дела, современное состояние поисков, разведки и разработки нефтяных и газовых месторождений на территории отдельных районов Волго-Уральской области, к освещению которого мы и перейдем.
Нa Бавлинсной площади первый мощный нефтяной фонтан из поддоманиковых отложений девона (пласт ДI) был получен в августе 1946 г. Он ознаменовал собой открытие первого высокодебитного месторождения в Татарской АССР.
Бавлинская структура была выявлена еще в 1933 г. П.Е. Черновым, а в 1939 г. подверглась детализации с помощью структурно-геологической съемки, проведенной Н.Н. Форшем. В 1945 г. здесь бурились на отложениях каменноугольной системы первые две поисковые скважины, которые в связи с открытием девонских залежей нефти на Туйназинском месторождении были перепроектированы па девон. Из них скв. 1 и дала мощный фонтан, о котором мы упоминали выше.
Открытие Бавлинского месторождения ускорило поисковую разведку на соседней Ромашкинской площади, располагающейся — как Бавлинская и Туймазинская — на юго-восточном склоне Татарского свода. Это оказалось необходимым сделать еще и потому, что пробуренные в 1945—1940 гг. три поисковые скважины на ближайшей к Бавлинскому месторождению Шугуровской площади показали, что отложения девонской системы, оказавшиеся здесь непродуктивными, и подстилающие их породы кристаллического фундамента испытывают плавный подъем в северо-восточном направлении — от Шугуровской в сторону Ромашкинской площади.
В июне 1948 г. в скв. 3 Ромашкино были вскрыты нефтенасыщенные песчаники в поддоманиковых отложениях девона, при испытании которых в июле месяце был получен первый на Ромашкинской площади нефтяной фонтан с дебитом 120 т/сутки. Вскоре здесь были получены мощные фонтаны девонской нефти в других скважинах, показавшие весьма крупные размеры нового месторождения.
В результате дальнейшей разведки площадь месторождения, которому присвоили название Ромашкинского, оказалась огромной.
Основным продуктивным горизонтом здесь является пласт ДI, отвечающий нашийским слоям нижнефранского gодъяруса верхнего девона. Кроме него, промышленные залежи нефти установлены в пластах ДII и ДIII в кыновских слоях, а также в угленосной свите и в турнейском ярусе нижнего карбона.
В 1950 г. нефтепоисковые и разведочные работы были начаты и на территории юго-западного склона Татарского свода (южная вершина), где было открыто Черемшанское месторождение с залежью нефти в пласте ДI и другие. Продуктивным оказался и восточный склон северной вершины Татарского свода — на территории Вятско-Камского района.
Отрадно подчеркнуть, что быстрый рост добычи нефти в Татарии сопровождается постоянным наращиванием ее разведанных запасов, причем прирост их значительно опережает темпы отбора нефти из разрабатываемых месторождений. Это является залогом здорового и ускоренного развития нефтяной промышленности Татарской республики и в будущем. В целях обеспечения такого развития здесь в последнее время было значительно усилено внимание к геологопоисковым и разведочным работам. В частности, были расширены объемы геофизических работ и почти удвоена проходка разведочного бурения. Внедрены новые методы полевой геофизики и улучшены основные качественные показатели геологопоисковых и разведочных работ.
После Татарской АССР по добыче нефти в результате успешной разработки месторождении девонской нефти выдвинулась Башкирская АССР. Г.И. Ованесов отмечает, что в настоящее время 85% нефти Башкирии добывается из отложений девонской системы, а остальные 15% — из нижнепермских (погребенные рифы) и каменноугольных отложений (5%).
Значительный объем разведочного бурения в зоне Предуральского прогиба вызван открытием здесь в 1959 г. в южной части Башкирии, почти на границе с Оренбургской областью, промышленных залежей конденсатного газа, приуроченных к Канчуринскому и Мусинскому догребенным рифовым массивам. Это открытие явилось большим достижением советской нефтепоисковой геологии и, в частности, башкирских геологов, которые, по свидетельству Г.П. Ованесова, А.Г. Пастухова и Р.С. Билалова, подметили, что «рифовые массивы, погружаясь к югу под все возрастающую толщу гидрохимических и терригонных осадков пермской системы, содержат нефть более высокого качества; в ней больше газа и светлых фракций и, что очень важно, меньше серы и сероводорода». В соответствии с этим поисковая разведка еще более погруженных Мусинского и Калчуринского рифовых массивов и привела к открытию залежей конденсатного газа (рис. 13).
На основании данных разведки этих массивов, упомянутые авторы, из статьи которых мы заимствовали рис. 13, сделали попытку подсчитать перспективные запасы газа зоны газоконденсатных месторождений, принимая за основу величину площади геофизической аномалии (в га).
Интересно отметить, что одновременно они делают также попытку объяснить газоносность месторождений южной части Предуральского прогиба «наличием тектонических разломов, расчленяющих прогиб в широтном направлении». Они полагают, что в процессе миграции углеводородов с глубин по указанным тектоническим разломам близлежащие ловушки (рифовые массивы и антиклинальные складки типа Кинзебулатова) заполнились газом, а ловушки, расположенные в удалении от тектонических разломов — нефтью.
Ниже мы подробно покажем, что такое объяснение газоносности южной части Предуральского прогиба (при миграции углеводородов в газовом состоянии) не отвечает установленной закономерности миграции однофазного флюида, так как при вертикальной его миграции первые встреченные ловушки (массивы и антиклинальные складки), наоборот, должны были заполняться нефтью, но никак не конденсатным газом, как это представляют себе Г.П. Ованесов, Л.Г. Пастухов и Р.С. Билалов. В этом отношении можно сослаться, в частности, на исследования С.Л. Закса, который установил, что при миграции в однофазном состоянии газового раствора он, «встретив пористый пласт, начнет заполнять его поры и выделит нефть... Если в процессе миграции появятся новые пути для перемещения нефти в другие ловушки, в последних будут аккумулироваться более тяжелые нефти».
Поэтому правильнее будет, с нашей точки зрения, допустить, что первоначально скопившиеся в нижнепермских отложениях нефть и газ в южной части Предурадьского прогиба перешли затем при глубоком погружении этой зоны, в результате инверсии в геосинклинали, в однофазное газовое состояние и в таком состоянии после заполнения первых ловушек конденсатным газом начали мигрировать вверх по восстанию ложа прогиба в соответствии с указанной С.Л. Заксом закономерностью.
Подобное объяснение дает полное основание рассчитывать на открытие далее в южном направлении от Мусинского и Канчуринского массивов новых газоконденсатных месторождении (рифовых) и на прослеживание их на территории соседней Оренбургской области. Так и оказалось на самом деле: в 1960 г. в Предуральском прогибе были открыты еще два новых газоконденсатных месторождения — Маячное и Кунакбаевское — южнее двух первых.
По этому поводу Г.П. Ованесов отмечает, что «очертания рифов на юге депрессии (Предуральского прогиба — А.К.), с которыми связаны месторождения газа, значительно сложнее очертаний рифов, расположенных северней, ближе к Ишимбаю. Это обстоятельство сильно усложняет разведочные работы и увеличивает метраж, необходимый для полной разведки каждого рифа».
На возможное наличие продуктивных рифов на территории Оренбургской области и еще далее — Актюбинской, указывают Г.П. Ованесов и Ф.И. Хатьянов, а также С.К. Горелов, Г.Ф. Фомина и И.А. Шпильман.
Первые отмечают, что по результатам обработки и геологической интерпретации гравиметрических исследований намечено пространственное положение полосы вероятного распространения газоносных рифовых массивов на протяжении 200 км к югу от известных (по данным бурения и сейсморазведки) рифовых массивов Ишимбайской, Столяровской и Мелеузовской зон вплоть до междуречья Илека и Большой Хобды.
Констатируя сходство строения, условий залегания, характера газонефтеносности и закономерностей распространения сакмаро-артинских рифовых массивов на большом протяжении изученной части Башкирского Приуралья, Г.П. Ованесов и Ф.И. Хатьянов распространяют это сходство с тон или иной степенью уверенности на всю зону Башкирско-Оренбургского и северную часть Актюбинском Приуралья, считая и эту территорию высокоперспективной в газонефтеносном отношении.
С этой точки зрения, для того чтобы выявить особенности структурно-фациального строения сакмаро-артинских отложений и наметить высокоперспективные газоносные площади, они рекомендуют форсировать проведение в рифовой зоне Оренбургско-Актюбинского Приуралья детальных гравиметрических, электрометрических, сейсмических исследований и поискового глубокого бурения по методике, выработанной для южной части Башкирского Приуралья.
Эффективность нефтепоисковых и разведочных работ, как известно и как мы подчеркивали не один раз, во многом зависит от методики их проведения, т. е. от правильного сочетания геофизических методов разведки, структурно-колонкового, поискового и разведочного бурения. При этом большое значение имеет выбор наиболее рационального комплекса различных методов геофизической разведки.
Ниже мы рассмотрим эту методику в специальной главе, проследив прогрессивное ее развитие со времени национализации нефтяной промышленности до настоящего момента. Однако исключительное отличие рифовых массивов от обычных структурных форм, являющихся ловушками для промышленных скоплений нефти и газа, позволяет нам для целостности представления об освещаемом вопросе задержаться на изложении методики поисков и разведки этих массивов.
Надо сказать, что эта методика, как показала практика многолетних работ, различается для Ишимбаевского района и южной части Башкирского Приуралья.
Для Ишимбаевскиго района, где рифовые массивы (и антиклинальные структуры кинзебулатовского типа) залегают сравнительно неглубоко, основанным поисковым правилом, как отмечают Г.П. Oвaнесов и М.Ф. Мартьев в своей статье «Методика поисков структур в Башкирской АССР», для ввода определенного участка в поисковое (разведочное) бурение является сочетание поднятия опорного электрического горизонта и максимума силы тяжести.
В южной же части Башкирского Приуралья, где увеличивается глубина залегания артинского ложа, резко возрастает мощность терригенных отложении уфимской свиты, а также галогенной толщи кунгура, маскирующей строение этого ложа и оказывающей сложное влияние на гравитационное ноле, ухудшаются, в связи с этим, физико-геологические предпосылки, необходимые для применения геофизических методов разведки. В результате рифогенные массивы (и структуры кинзебулатовского типа) не получают здесь удовлетворительного отражения в строения поверхности галогенных пород кунгура, а также и на карте аномалий силы тяжести.
К настоящему времени в результате долгих и напряженных исканий выработалась следующая методика поисков погребенных рифов в южной части Предуральского прогиба:
1) определяется с помощью детальных гравиметрических и электроразведочных работ положение полосы вероятного распространения рифов, в пределах которой выделяются высокоперспективные зоны (площади);
2) детальными (площадными) сейсмическими исследованиями методом КМПВ и отдельными профилями но методу PПП уточняется местоположение как высокоперспективных площадей (зон), так и рифовых массивов;
3) закладывается профиль из трех поисковых скважин вкрест предварительно намеченного сейсмикой возможного простирания рифа с целью вскрытия сакмаро-артинских отложений и прохождения по ним 50—100 м; скважины располагаются друг от друга на расстоянии 1,0—1,2 км;
4) проводится структурно-фациальный анализ сакмаро-артинских отложений, вскрытых поисковыми скважинами; в зависимости от результатов этого анализа, с учетом данных геофизической разведки, решается вопрос о бурении и выборе мест заложения последующих поисковых скважин;
5) в случае установления рифа и залежей нефти или газа, он передается в разведочное бурение с целью подготовки к разработке.
Эта методика пригодна для поисков нефтеносных рифов и на территории Оренбургского, а также Актюбинского Приуралья, перспективность выявления которых высоко расценивается и оренбургскими геологами. В частности, С.К. Горелов, Г.Ф. Фомина и И.А. Шпильман, отмечая, что этот район «может явиться базой для снабжения промышленности Урала дешевым местным газом», считают, что наиболее перспективными для поисков и разведки новых месторождений газа и нефти на рассматриваемой территории являются: 1) западный борт Предуральского прогиба с перспективными карбонатными нижнепермскими отложениями, представленными рифовыми массивами и 2) центральная часть и восточный борт прогиба с «перспективными на антиклиналях нижнепермскими отложениями».
Вместе с непрерывным совершенствованием методики поисков и исследования рифовых массивов улучшалось изучение также и антиклинальных складок кинзебулатовского типа. В результате подтвердилось предположение о распространении нефтеносности этих складок далее к югу от Кинзебулатовского месторождении.
Много сделано полезного в Башкирской АССР и в отношении изучения истории формирования тектонических структур на территории республики и прилегающих областей. Практическая важность этого вопроса заключается в том, что подобные исследования приводят к установлению времени формирования крупных структурных элементов и осложняющих их поднятий, что в увязке с временем, в течение которого протекали основные процессы миграции нефти, дает геологам возможность указать места (зоны) формировавшихся при этом промышленных залежей нефти и газа и возраст отложений, к которым оказываются приуроченными сформировавшиеся залежи.
Большая заслуга башкирских геологов и в целом геологов Урало-Поволжья заключается также в том, что им удалось доказать промышленное значение карбонатных коллекторов. Благодаря этому на территории Башкирии и других районов Волго-Уральской области были открыты залежи нефти в карбонатных отложениях фаменского, франского и турнейского ярусов, а также башкирского, верейского, каширо-подольского и нижнепермских горизонтов. Карбонатные породы имеют здесь огромное практическое значение как коллекторы, благоприятные для промышленного скопления нефти.
Многое сделано башкирскими геологами и в изучении перспектив нефтегазоносности терригенной толщи девона в пределах северной части Башкирии, главным образом, на территории Башкирского свода. В этом отношении значительную работу выполнил А.P. Kинзикеев.