Главная
Новости
Строительство
Ремонт
Дизайн и интерьер




18.10.2017





Яндекс.Метрика
         » » Характерные ассоциации горных пород

Характерные ассоциации горных пород

12.11.2017

Для рассмотренных областей намечаются следующие этапы развития магматизма.
1. Собственно геосинклинальный. Этому этапу отвечает формирование ассоциации основных и кислых пород, существенно натриевых по составу, проявляющихся и в эффузивной и в интрузивной фациях. В эффузивной фации развивается вулканизм с характерными чертами офиолитовой формации — спилиты, диабазы, натриевые кератофиры. В интрузивной фацин эта ассоциация включает габбро-амфиболиты, ультрабазиты, плагиогранодиориты (тоналиты), спессартиты, плагиограниты, натриевые аляскиты. Формирование интрузивной серии завершается внедрением малых интрузий натриевых сиенитов и альбититов. Происхождение такой ассоциации изверженных пород связано с развитием геосинклинальных прогибов и с эволюцией магматических очагов глубинных частей земной коры в пределах, вероятно, «перидотитовой» ее оболочки. С этой ассоциацией связан специфический концентр полезных ископаемых.
2. Эпигеосинклинальный этап развития магматизма характеризуется менее глубокими прогибаниями и формированием магматических очагов в пределах сиалической оболочки земной коры. Этому этапу отвечает формирование ассоциации, состоящей в интрузивной фации из грано-диоритов и гранитов существенно калиевого состава. Более основные члены — габбро-диориты и диориты — образуются в результате локальных процессов контаминации гранитной магмы материалом ассимилируемых пород. Эффузивная серия этого этапа характеризуется значительным развитием кислых эффузивов (липаритов, дацитов), количественно все же подчиненных излияниям андезитов и андезито-базальтов. Периодичность возобновления магматических комплексов, включая металлогенические их особенности, свидетельствует о палингенном возникновении соответствующих магматических очагов за счет локального анатексиса сиали-ческой оболочки. Образование интрузивной серии завершается внедрением малых интрузий граносиенитового состава.
Пример эволюции кайнозойского магматизма Кавказа и других районов свидетельствует о сопряженности эффузивных и интрузивных формаций, являющихся производными общего магматического источника.
Развитие интрузивного магматизма, как палеозойского, так и мезо-кайнозойского, включает этап щелочного метасоматоза — натриевого для геосинклинальных и калиевого для эпигеосинклинальных комплексов.
Натриевый метасоматоз в условиях глубинного формирования поздних гранитоидных интрузий собственно геосинклинального развития магматизма приводит к образованию метасоматических альбитовых гранитогнейсов, частью порфиробластового сложения. С такими же глубинными условиями формирования интрузивных комплексов связаны процессы микроклинизации, характерные как для верхнепалеозойских массивов Кавказа и ряда других районов, так и для интрузий кайнозойского возраста (граниты Тырныауза — Кавказ).
Значение метасоматических процессов как определенной стадии в эволюции магматизма отдельных этапов развития складчатой области еще мало учитывается при разрешении некоторых проблем петрогенезиса. В частности, пример изучения магматизма Кавказа и Киргизии показывает, что образование таких специфичных по составу пород, как сиенит-диориты, некоторые сиениты, существенно связано с наложением процессов щелочного метасоматоза на ранее сформированные массивы основного состава.
Один из существенных вопросов магматической геологии — положение лампрофировой жильной серии в ходе формирования интрузивных комплексов на кавказском материале получает новое освещение.
В процессе эволюции магматических комплексов собственно геосинклинального типа, включающих ультрабазиты как обязательный член, жильная меланократовая серия (в частности, спессартиты) образует отдельный этап формирования таких комплексов, следующий за внедрением плагиогранитовой (тоналитовой) магмы, но до внедрения кислых дифференциатов — аляскитов, пегматитов и аплитов.
Амфиболовые жильные породы, как показывает изучение кавказского материала, значительно менее податливы динамометаморфическим и метасоматическим изменениям, чем вмещающие их кварц-полевошпатовые гранитные породы.
Такая различная способность пород различного состава к динамометаморфическим и метасоматическим изменениям и сложность эволюции гранитов могут привести в отдельных случаях к ошибочным заключениям о последовательности образования различных жильных пород, отмечавшихся в том или ином массиве. В частности, наличие даек «диабазов», секущих дарьяльские граниты и вмещающие их сланцы, до последнего времени позволяло многим исследователям Кавказа считать граниты докембрийскими, сланцы — юрскими и диабазы — послеюрскими. Детальное изучение этих пород по р. Терек и в других местах, сопровождаемое определениями абсолютного возраста, позволило прийти к новым выводам. Дайки диабаза представляют жильные спессартиты, внедрившиеся в интрузии плагиогранитов и во вмещающие их сланцы до внедрения плагиоаляскитов и плагиоаплитов.
Позднее катаклазированные интрузии плагиогранитов Дарьяльского ущелья были подвергнуты микроклинизации. Дайки «диабазов» — спессартитов — оказались слабо затронутыми наложенными процессами динамометаморфизма и метасоматоза. В силу этого, несмотря на свой более древний возраст, они кажутся секущими по отношению к микроклинизированным порфировидным гранитам Дарьяла.
В данном случае истинные геологические взаимоотношения разновозрастных пород были затушеваны наложенным процессом микроклинизации.
На кавказском материале получены интересные данные и для уточнения представлений о происхождении гранитов.
Изучение особенностей породообразующих минералов (например, особенностей кали-натриевого полевого шпата) и соотношения вкрапленников с основной массой позволяет выявить существенные для понимания генезиса особенности пород. В частности, породы меловых экструзий гранитоидов Западного Кавказа па 60—80% объема состоят из кристаллов, образующих гранитный остов породы, в то время как тонкокристаллическая основная масса с участками кислого стекла слагает лишь остальные 40—20%.
Подробное изучение этих пород показывает, что в этом случае длительный глубинный процесс кристаллизации гранитной магмы в связи с возобновившимися дислокациями был прерван, и эта смесь, состоящая на 60—80% из твердой фазы и на 40—20% расплава, была внедрена в толщу глинистых сланцев, имеющих чрезвычайно низкую прочность.
Наличие таких своеобразных пород, иллюстрирующих изменение условий кристаллизации гранитной магмы с образованием кислого вулканического стекла из остаточной жидкости, подтверждает не только самое существование гранитной магмы как силикатного расплава, но и то, что в природе наблюдается сопряженность одновозрастных интрузий, экструзий и магматических образований, связанных общностью источника.
Одновременно полученные данные о метасоматических преобразованиях горных пород в условиях глубинного формирования интрузий достаточно убедительно подтверждают наши прежние выводы о наличии в условиях глубинной фации процессов гранитизации, обусловленных гранитной магмой.