Главная
Новости
Строительство
Ремонт
Дизайн и интерьер




18.10.2017





Яндекс.Метрика
         » » О некоторых вопросах петрографии в связи с металлогеническими обобщениями

О некоторых вопросах петрографии в связи с металлогеническими обобщениями

17.11.2017

В статье затронуты вопросы о связи между оруденением и магматическими комплексами, а также об эволюции во времени процессов магматизма и сопутствующей им минерализации в зависимости от формирования структур геосинклинального типа в отдельных областях России.

На современной стадии развития геологии металлогенические построения представляются все более и более возможными и даже обязательными. В то же время такие построения приобретают все больший интерес у геологов широкого профиля. Однако решение этой проблемы разными специалистами намечается по-разному, так как база для обоснованных фактами положений только начинает создаваться. В настоящее время в сущности только вырабатывается направление, по которому должна развиваться эта синтетическая отрасль геологии.

Изученность намеченных еще А.Е. Ферсманом и С.С. Смирновым рудных поясов пока еще не является такой глубокой и полной, чтобы считать совершенно выясненными закономерности проявления того или иного типа минерализации даже в наиболее исследованных рудных районах.

Идеи В.А. Обручева, А.Е. Ферсмана, С.С. Смирнова, заложивших основы наших современных металлогенических знаний, требуют дальнейшей детализации и разработки на основе вновь накопленного громадного фактического материала.

Большое значение глубокому изучению магматических пород с точки зрения их геохимии придавал П.И. Лебедев. Такие исследования, тесно увязанные с геологией изверженных масс, весьма важны для металлогенических обобщений.

В последних работах, кратких по объему, но весьма содержательных, Ю.А. Билибин подытоживает современное состояние вопроса о металлогенических исследованиях и высказывает ряд руководящих идей о принципах металлогенических исследований и о некоторых случаях их применения. Изложенные Ю.А. Билибиным общие принципы металлогенических исследований, в частности распределение металлогенических факторов на три группы, не вызывают возражений, кроме того, что они слишком схематичны, и при этом, пожалуй, теряется роль таких факторов, как вещество земной коры и различия процессов, происходящих в ней, в зависимости от времени и пространства. Другая работа Ю.А. Билибина, относящаяся к конкретному случаю металлогенической эволюции геосинклинальных зон, вызывает некоторые серьезные возражения. Значительная часть возражений в свое время была высказана в прениях по докладу Ю. А. Билибина, опубликованных в «Известиях AM СССР. Сер. геол.», № 4 за 1948 г. (А. А. Амирасланов, Н. С. Шатскиа и др.), а также в статье П.С. Саакяна.

В начале статьи Ю.А. Билибин, уточняя представления о тектоно-магматических циклах, отмечает, что их формирование во времени, как это указано в его более ранних работах, подразделяется на несколько этапов. Для ранних этапов цикла характерны основные и ультраосновные магмы и их более кислые, в основном натровые дифференциаты как в эффузивных, так и в интрузивных проявлениях. Для средних этапов характерны батолитовые интрузии кислых, существенно калиевых магм. На поздних и конечных этапах цикла преобладают малые интрузии пестрого состава, — от основных до кислых, с переходом до щелочных пород.

Сопоставляя Тихоокеанский и Средиземноморский металлогенические пояса, Ю.А. Билибин указывает, что в строении этих поясов четко выделяются внутренняя и внешняя зоны, различающиеся возрастом формирования, магматизмом и металлогенией.

Развитие Средиземноморского пояса захватило полностью палеозой, мезозой, а также и кайпозой; в отношении Тихоокеанского пояса Ю.А. Билибин предполагает, что его развитие не достигло заключительного этапа.

Во внутренних зонах лучше всего, по Ю.А. Билибину, представлена металлогения ранних этапов тектоно-магматического цикла, в дальневосточном типе минерализации — металлогения средних этапов его и в западноевропейском — металлогения поздних этапов (разрядка моя. — Г. А.). Отсюда Ю.А. Билибин предполагает возможность трехстадийного развития металлогеническнх поясов «с возникновением ближе всего к платформе наиболее внешней зоны западноевропейского типа, дальше (во времени и пространстве) — промежуточной зоны дальневосточного типа и, наконец, внутренней зоны».

Последний вывод о последовательности формирования в пространстве и во времени зон (внешней, промежуточной и внутренней) металлогеническнх поясов находится в противоречии с выводами о последовательности развития тектоно-магматических циклов.

В выводах Ю.А. Билибина остается также неясным, что определяет металлогеническую специфику той или иной провинции: пространственное ли положение в геосинклинальном поясе, тектонический ли этап общего тектоно-магматического цикла, во время которого сформировался весь пояс, или, наконец, те магматические комплексы, которые специфичны для разных этапов тектоно-магматического цикла.

Из сказанного видно, что имеющиеся попытки приведения в стройную систему наших знаний о закономерностях происхождения металлов и их распространения, т. е. стремление дать основу учения о металлогенических закономерностях, еще не могут удовлетворить нас в силу своей абстрактности и противоречивости, в некоторых отношениях присущей им.

В последующем изложении ставится задача заострить внимание геологов на некоторых далеко не новых вопросах геологии, тектоники и петрографии, которые, на мой взгляд, имеют существенное значение для металлогенических выводов, относящихся к складчатым геосинклинальным структурам.

В.В. Белоусов, рассматривая геотектонические и магматические циклы, разделяет формирование геосинклиналей на этапы прогибания, инверсии и главных фаз складкообразования, сменяющиеся воздыманием земной коры. Для Европы он использует данные Коссмата о магматических циклах, согласно которым формирование этих циклов сужено до рамок главных эпох складчатости. В частности, для Европы, по Коссмату, выделяются каледонский, варисский и альпийский магматические циклы. Магматические комплексы отдельных фаз этих циклов примерно отвечают этапам формирования тектоно-магматического цикла в понимании Ю.А. Билибина.

Весьма важным в общегологическом смысле и не менее важным для металлогенических построений является вопрос об обратимости превращения геосинклиналей в платформы. В.В. Белоусов, отмечая, что многие геосинклинали прежних циклов становились платформами (и сохраняли это состояние до последних дней), указывает вместе с тем, что почти всюду, где обнаруживается геосинклиналь того или иного цикла, можно найти явные признаки геосинклинальных условий и прежних циклов. В качестве одного из примеров он приводит Тавро-Кавказскую геосинклиналь, где наряду с альпийским циклом наблюдаются признаки герцинского и каледонского геосинклинальных циклов.

Н.С. Шатский, критикуя представления Штилле о том, что в истории земной коры длительные эпейрогенические периоды чередуются с короткими орогеническими фазами, считает эти представления типичными для современных неокатастрофистов.

П.Н. Кропоткин в краткой сводке об успехах советской тектоники также останавливается на двух важных для нас моментах. Приводя ряд примеров (Тянь-Шань, Алтай, Саяны и Донбасс), П.Н. Кропоткин отмечает, что «уже консолидированные массивы платформенного типа могут в известных условиях вторично вовлекаться в процесс складчатости», и далее, резюмируя, он пишет, что «процесс превращения геосинклинали в платформу, по-видимому, является более сложным, более зигзагообразным, чем это рисует современная теория геосинклиналей» (Там же).

В отношении другого вопроса — об универсальности тектонических фаз — П.Н. Кропоткин считает, что современный объем наших знаний недостаточен для однозначного решения этого вопроса. Вместе с тем он отмечает, что «одновременное усиление или ослабление интенсивности вертикальных движений и складчатости отмечается в весьма удаленных однотипных геосинклинальных областях земного шара, но не является универсальным правилом для всей поверхности земли».

Из сказанного видно, что совместными усилиями геотектоники, петрографии и других наук пока не решены многие вопросы, выяснение которых для металлогенических обобщений совершенно необходимо.

Прежде всего нет ясности в вопросе о превращении геосинклинальных зон в платформенные области и о возможности повторного возникновения геосинклинального режима на месте более древних геосинклинальных зон, перешедших в платформенное состояние. Нет ясности также в вопросе о соответствии между историей развития геосинклинальных зон и тектоническими циклами. Пока еще не может быть воссоздана с достаточной детальностью история развития с древнейших времен даже для геологически наиболее изученных областей, таких хотя бы, как Кавказ. Нет ясности в вопросе о соответствии между тектоническими и магматическими циклами. Нет полного единогласия в вопросе о наличии связей эндогенного оруденения с магматизмом, не выработаны критерии, позволяющие находить эти связи.

He имеется также точных данных об эволюции геосинклинальных зон во времени, иначе говоря, не имеется точных данных о чертах сходства, различия, прерывистости или повторяемости тектонических процессов (складкообразование, глыбовые движения и пр.), магматических циклов, а также рудообразования, отнесенных пространственно к одной и той же структурной зоне и рассматриваемых с точки зрения эволюции их во времени.

Из краткого освещения высказываний о зависимости металлоносности от тектонических процессов, а также вопроса о генетических связях между рудными образованиями и магматическими комплексами, что особенно касается гидротермального типа месторождений, видно, что определение такой зависимости находится пока в рамках широких обобщений. В связи с этим уместно привести высказывание С.С. Смирнова по этому поводу.

«...Вопрос о связи руд с магматическими породами является достаточно сложной проблемой. Ни "батолитовая концепция" в ее более или менее чистом выражении, ни гипотеза неизмененно глубинного происхождения рудных растворов не может считаться достаточно удовлетворительной. Почти бесспорно, что характер связи между рудами и магматическими породами различен в различных геологических условиях. Ближе подойти к более определенному и более обоснованному его пониманию мы, очевидно, сможем лишь тогда, когда, отказавшись от «универсальных» гипотез, займемся более тщательным, более глубоким изучением форм проявления магматизма в каждом рудном узле. Выяснение истории развития магматического комплекса (комплексов) рудного района, определение условий залегания, формы и размеров магматических тел, ассоциированных с рудами, изучение положения этих тел в общей структуре — вот в сущности общеизвестный, но редко в полном объеме осуществляемый один из путей исследования поставленной проблемы».

Прежде чем перейти к изложению нашего материала, коснемся одного общего вопроса, имеющего значение и для металлогении и для магматизма.

М.А. Усов с полной определенностью указывал, что каждая эпоха характеризуется своим комплексом как осадочных, так и магматических образований. Столь же индивидуальны, по М.А. Усову, соответствующие комплексы полезных ископаемых. Ту же мысль развивает М.А. Усов и в более поздней работе.

В.А. Обручев в 1926 г. опубликовал работу о металлогенических эпохах Сибири в связи с орогенезисом и эруптивными процессами.

Говоря о состоянии минерально-сырьевой базы СССР, С.С. Смирнов, в частности, указывал: «Важно также и то, что различные структуры, как кратогенные, так и орогенные, выражены у нас почти всеми основными возрастными группами. Последнее представляется весьма важным с точки зрения эволюции магматической минерализации со времени от докембрия до наших дней (гипотезы, до сих пор, к сожалению, не привлекающей еще к себе должного внимания)».

Тиррель и Дэли также отмечали различия вещественного состава магматических масс, отличающихся возрастом.

Наличие громадного фактического материала, накопленного к настоящему времени, но еще недостаточно систематизированного, позволяет высказать уверенность, что один из обязательных вопросов, которые следует ставить для разрешения, — это вопрос об эволюции во времени магматизма и связанного с ним минералообразования.

Обоснованному решению вопроса о генетических связях между рудо-образованием и магматическими комплексами, о зависимости магматизма и сопровождающего его рудообразования от приуроченности к участкам земли различного тектонического строения (платформы, геосинклинальные области) и, наконец, о специфике вещественного состава магматических комплексов и оруденения для одинаковых тектонических условий, но формирующихся в разное время — выяснению всего этого, естественно, мешает далеко еще не достаточная ясность геологического положения, особенностей структуры и вещественного состава большинства изучавшихся объектов.

Ниже приводятся некоторые данные, основанные на личных моих исследованиях некоторых областей России. Эти данные могут служить известным материалом для металлогенических выводов, и совокупность их позволяет конкретно ставить вопрос о связях минерализации с петрографическими комплексами в зависимости от специфики их состава, а также от структурно-фациального и, может быть, возрастного положения в пределах таких областей, как Кавказ, Алтай, Забайкалье и Дальний Восток.

В дополнение к нашей более ранней статье, характеризующей палеозойский магматизм некоторых областей России, здесь приводятся некоторые данные об особенностях минерализации, связанной с различными магматическими комплексами и в некоторых случаях достаточно определенно с их отдельными фазами формирования.

При сопоставлении палеозойского магматизма, проведенном в упомянутой статье для четырех областей (Северо-Западный Кавказ, Горный Алтай, Забайкалье, Малый Хинган), достаточно отчетливо вырисовывается наличие разновозрастных, специфических по составу магматических комплексов.

В породах каледонских магматических комплексов Северо-Западного Кавказа, Горного Алтая, Забайкалья и Малого Хингана натрий самым четким образом превалирует над калием как в эффузивах, предшествовавших интрузиям, так и во всех последовательно формирующихся членах интрузивного ряда — от основных и ультраосновных до самых кислых (аляскиты и аплиты). Совершенно обратная картина наблюдается для варисских интрузивных комплексов и эффузивных образований, им предшествующих. Здесь, наоборот, для вещественного состава магматических пород характерен калий, который в конечных членах комплекса (аляскиты и аплиты) подавляюще преобладает над натрием.

С этими разновозрастными комплексами связана разнообразная, специфичная для данного комплекса минерализация. В качестве примера в табл. 1 приводятся данные, в основном для Северо-Западного Кавказа, о некоторых особенностях вещественного состава магматических комплексов и связанных с ними производных — контактовых, пегматитовых и жильных образований.

На основании наших исследований по Кавказу можно заключить, что многие из известных на Северо-Западном Кавказе проявлений минерализации находятся в тесной связи с интрузивными комплексами и в ряде случаев с отдельными фазами выделенных комплексов. При этом интрузии разного возраста и размещенные в различных структурных зонах характеризуются спецификой вещественного состава рудопроявлений.

Обоснование связи оруденения с определенными интрузиями опиралось на следующие критерии:

1) наличие структурно-территориальной сопряженности оруденения и интрузивных серий;

2) близость возраста и степени метаморфизованности интрузивных пород и рудных образований;

3) специфика вещественного состава интрузий с возможным проявлением ее в рудных образованиях, и наоборот;

4) условия залегания оруденения разных типов по отношению к материнским интрузиям.

Совокупность таких наблюдений позволила сделать также выводы о следующих особенностях размещения и генетических связей рудопроявлений.

1. Непосредственные генетические связи оруденения с определенными массивами, вероятно, имеют место лишь для интрузий абиссальной фации (может быть, вернее, средних глубин), обстановка формирования которых характеризуется относительной медленностью кристаллизации при постоянных условиях и часто при значительном объеме интрузивных масс. В непосредственной связи с интрузиями такой фации встречаются проявления минерализации контакт-метасоматического, пегматитового и гидротермального типов. При этом контакт-метасоматические процессы идут в непосредственном ореоле активной интрузии, а гидротермальные кварцевые жилы чаще встречаются на значительном удалении (свыше 1,5 км). Пегматитовые образования чаще концентрируются вблизи материнской интрузии, реже — в теле самих интрузий.

2. Проявления оруденения, сопряженные с малыми интрузиями (гипабиссальная фация), скорее связаны с ними парагенетически, являясь производными общего магматического источника.

Из наблюдения всего материала по интрузивным комплексам следует, что не все интрузивные фазы отдельных магматических комплексов сопровождаются полезными ископаемыми. По имеющимся данным, с гранодиоритовой фазой комплекса Главного хребта и тона литами уруштенского комплекса Северо-Западного Кавказа, а также с гранодиоритовыми фазами магматических комплексов других затронутых районов не связаны проявления оруденения пи контакт-метасоматического, ни пневматолито-гидротермального генезиса, что обусловлено, вероятно, в значительной мере бедностью этих фаз летучими компонентами. Наоборот, заключительные интрузивные фазы комплексов (граниты, аляскиты), богатые летучими, несут с собой минерализацию, специфичную для данного комплекса.

Обилие подвижных компонентов может повести на разных стадиях консолидации магмы к их концентрации в особых структурных формах — куполовидных интрузиях с затвердевшей краевой частью. Последующие процессы могут привести к разламыванию жесткой коры и проникновению по этим разломам магматических производных, богатых флюидами и некоторыми компонентами, как присущими самой магме, так и захваченными ею из субстрата.
Этим правильнее объяснить обилие пегматитов и пегматоидных жил, образующих целые поля в связи с кислыми членами интрузий абиссального типа. Малые интрузии гипабиссальной фации, что давно отмечено М.А. Усовым, обычно бедны пегматит-аплитовой жильной серией. В качестве примера приведены некоторые данные (см. табл. 1) о минерализации, связанной с различными интрузивными фазами палеозойских комплексов Северо-Западного Кавказа и Горного Алтая.

Нижнепалеозойский комплекс представлен наиболее полно на Северо-Западном Кавказе последовательными интрузиями гипербазнтов — габбро-амфиболитов — тоналитов — гнейсо-гранитов — аляскитов с пневматолитогидротермальными производными.

По условиям формирования кислые интрузии комплекса вероятнее относить к абиссальной фации.

Изученность отдельных интрузивных фаз нижнепалеозойских комплексов с точки зрения их металлоносности допускает сделать следующие выводы.

С ультраосновными породами Северо-Западного Кавказа, а также и Горного Алтая генетически связаны месторождения хромита, асбеста и проявления никелевой минерализации.

Представляют интерес возможные накопления сульфоарсенидов некоторых металлов (Ni, Co) в зонах гидротермального перерождения змеевиков и вмещающих пород, подвергнутых воздействию более молодых интрузий гранитов.

Среди габброидов и основных эффузивов ранних этапов формирования нижнепалеозойских комплексов Кавказа и Горного Алтая встречаются залежи колчеданов (пирротин, пирит) и участки развития вкрапленных титаномагнетитовых руд.

С интрузивной фазой тоналитовых ортогнейсов для исследованных нами районов определенная металлоносность не связывается. Интрузии лейкократовых гранито-гнейсов, обычно значительно альбитизированные, являлись источниками обильных пегматитовых, пегматоидных и гидротермальных образований.

Выявленные к настоящему времени на Северо-Западном Кавказе проявления минерализации, связанные с кислыми членами каледонского комплекса, относятся к следующим генетическим типам.

Контакт-метасоматический тип. В экзоконтактовой зоне натриевых гранито-гнейсов образуются мощные тела доломитовых скарнов, содержащие скопления таких минералов, как апатит, альменит, магнетит, флогопит и др. В контактовом ореоле интрузии, вмещающие сланцы, испытывают сильную гематитизацию, в контактирующих породах развиты также пластовые залежи колчеданов (пирит).

Пегматиты. В пегматитовых образованиях уруштенского комплекса развиты стронцийсодержащие минералы эпидотовой группы, стронциевый цоизит, апатит, бариевый целестин, сульфиды меди, фосфаты железа и вторичные сульфаты. Породообразующими минералами являются кварц, альбит-олигоклаз и часто какой-либо из вышеупомянутых минералов.

Гидротермально - пневматолитовый тип. К этому типу могут быть отнесены кварцево-апатитовые и кварцево-рутиловые жилы, встреченные в кристаллических сланцах кровли натриевых гранито-гнейсов.

Минерализация, связанная с кислыми каледонскими интрузиями Горного Алтая и Восточного Забайкалья, хотя и менее нами изучена, но, по-видимому, имеет сходные черты с приведенными данными для Кавказа. Совсем другим вещественным составом представлена минерализация, связанная с отдельными этапами формирования интрузивных комплексов среднего палеозоя (варисский комплекс Главного хребта) и верхнего палеозоя Северо-Западного Кавказа, а также Горного Алтая и Забайкалья.

Батолитоподобные гранодиоритовые интрузии с краевыми диоритовыми оторочками в исследованных районах не несут с собой определенной минерализации. Здесь не рассматриваются процессы микроклинизации, мусковитизации и хлоритизации, которыми затронуты и сами породы интрузий, и породы контактового ореола.

Жильная серия ламирофиров Северо-Западного Кавказа, по нашим данным, являющаяся членом варисского интрузивного комплекса, иногда сопровождается образованием колчеданных медно-пирротиновых руд сингенетического с ламирофирами происхождения.

Интрузии фазы двуслюдяных гранитов в отличие от интрузий других фаз и других комплексов весьма активно воздействовали на вмещающие породы с образованием андалузит-силлиманитовых пород и гранат-эпидотовых скарнов. В последних часто встречаются также минералы рассеянных элементов. Эти интрузии сопровождаются серией пегматитов и процессами грейзенизации. В таких производных интрузии встречаются минералы олова и других элементов. С этими же интрузиями связываются кварцевые жилы, содержащие арсенопирит, галенит и другие минералы.

Условно относимые к верхнему палеозою магматические комплексы исследованных районов отличаются своей специфической минерализацией. Прежде всего необходимо отметить, что эффузивная и экструзивная фации верхнепалеозойского магматизма сопровождаются проявлениями карбонатной баритовой и флюоритовой минерализации и, вероятно, полиметаллического оруденения. Фация малых интрузий верхнепалеозойского магматизма сопровождается сходной минерализацией (кварцево-баритовые, полиметаллические жилы).

В моей статье о стронции в интрузивных породах Западного Кавказа приведены факты, указывающие на специфическую обогащенность стронцием некоторых породообразующих минералов пород каледонского интрузивного комплекса Кавказской области. Такое же обогащение, как уже отмечалось, характерно для пегматитовых и гидротермальных производных этого комплекса, вплоть до появления в них самостоятельных стронциево-бариевых минералов.

Данные по породообразующим минералам изверженных пород и минералам гидротермальных жил варисского магматического комплекса (табл. 2) говорят о том, что если барий и играет существенную роль в гидротермальных жилах, связанных с варисскими интрузиями, то стронций образует в них незначительные концентрации. Аналогичную роль стронция в комплексах разного возраста, правда на основании только трех химических определений, можно предполагать и для Восточного Забайкалья.

Имеющиеся данные, интересные уже сами по себе, вместе с тем делают обязательным более широкое изучение стронция в разных породообразующих минералах. Учитывая, однако, что стронций присутствует на Кавказе и в формациях более молодого возраста, вплоть до третичных (альпийских), крайне желательным является определение его изотопического состава в породах разного возраста.

Помимо стронция, для каледонских интрузий (Кавказа в основном) характерно накопление фосфора (апатит в скарнах и кварцевых жилах), титана (ильменит в скарнах, рутил в кварцевых жилах) и железа (гематит в экзоконтактовых породах). Вольфрам и олово не образуют сколько-нибудь ощутимых концентраций в связи с этим натриевым комплексом.

В то же время для контакт-метаморфических, пегматитовых и гидротермальных образований, связанных с интрузиями фазы двуслюдяных гранитов варисского магматического комплекса (Кавказа и, вероятно, других исследованных нами областей), наоборот, характерны концентрации вольфрама и до некоторой степени олова при отсутствии или крайне незначительных концентрациях элементов, характерных для минерализации, связанной с каледонским уруштепским магматическим комплексом.

Специфика минерализации существует и для комплекса малых интрузий, которая для Кавказа имеет много общих черт с минерализацией, обусловленной заключительными фазами формирования в абиссальной фации комплекса Главного хребта.

Далеко не полно приведенный материал позволяет говорить о качественном сходстве процессов минерализации, сопровождающих магматичьские комплексы Северо-Западного Кавказа, Горного Алтая и Забайкалья, близкие по возрасту. В то же время этот материал говорит о различиях минерализации, связанной с комплексами разного возраста. Вместе с тем он обрисовывает Северный Кавказ, одну из наиболее изученных в геологическом отношении областей, как пример структурной зоны, в пределах которой достаточно ясно заметно неоднократное возобновление геосинклинальных условий на протяжении времени от низов палеозоя до кайнозоя включительно. Что касается магматизма, то, по данным моих исследований в области Северо-Западного Кавказа, здесь в течение палеозоя проявились по крайней мере три магматических цикла, создавшие специфические комплексы эффузивов и интрузивных пород.

Кроме того, в пределах Кавказа трудами многих исследователей выявлена активная интрузивная и эффузивная деятельность и в течение мезозоя. Наконец, кайнозойский вулканизм Центрального Кавказа достаточно общеизвестен.

Уже имеющиеся данные о магматизме и металлогении Кавказа в историческом разрезе позволяют, следовательно, в предварительной форме говорить, что в пределах одной крупной структурной зоны имеет место формирование нескольких интрузивных циклов. При этом, помимо обособления интрузивных комплексов в особых структурных подзонах, имеет место также формирование интрузий более молодого цикла в подзонах, где ранее уже происходили внедрения интрузий более древнего цикла.

Намечается также предварительный вывод о том, что определенная геоструктурная обстановка, соответствующая тому или иному этапу эволюции геосинклинальной области, сопровождается формированием определенных магматических комплексов, которым отвечает специфичная минерализация.

Для палеозойского отрезка истории геосинклинальных областей России, затрагиваемых в настоящей статье, намечается следующая картина эволюции. Формирование геосинклинальных структур в течение нижнего, до среднего, палеозоя (каледониды) сопровождалось внедрением спилит-диабаз-кератофирового комплекса в эффузивной фации и интрузивного комплекса, представленного рядом пород — от ультраосновных до кислых производных натриевых гранитов. Сопутствующая минерализация специфична по парагенезисам как элементов, так и минералов.

Среднепалеозойский этап эволюции тех же зон, характеризующийся крупными вертикальными движениями отдельных блоков, сопровождался формированием в абиссальных условиях гранодиоритовых интрузий (возможно, анатектического происхождения) и последующих интрузий гранитов и аляскитов. Для гранитных фаз этого комплекса характерна обильная минерализация специфичного облика.

Верхнепалеозойский этап эволюции геосинклинальной области, характеризующийся для затронутых районов накоплением громадных толщ грубообломочного осадочного материала, в структурном отношении отличается образованием крупных разрывов, к которым приурочены малые интрузии монцонит-диорит-гранитного состава и излияния лав андезито-дацито-липаритового состава, с экструзиями риолитов и кварцевых порфиров. Минерализация, связанная с этим этапом магматизма, как видно из предыдущего, имеет свои специфические черты.

Имеющиеся и частью приведенные материалы о магматизме и минерализации Кавказа, Алтая, Дальнего Востока позволяют также высказать мнение, что в общеизвестные традиционные представления о связи отдельных полезных ископаемых с определенными породами, например, олова, вольфрама с кислыми породами, по-видимому, следует внести известные коррективы. Граниты в широком смысле этого понятия известны для многих геологических формаций от докембрия до третичного времени. Однако во многих случаях это будут граниты, отличающиеся спецификой своего состава в весьма существенных деталях.

Подобно этому, и создание концентраций некоторых элементов, например олова или вольфрама, присуще производным не всех без исключения гранитных интрузий, а лишь некоторых из развитых в том или ином районе.

В настоящей статье используется главным образом материал личных исследований по магматизму и минерализации геосинклинальных структур. Составление крайне нужной сводки по затронутому вопросу с позиций, изложенных в статье, является делом будущего, причем такой сводке, по нашему мнению, должно предшествовать дополнительное исследование магматических комплексов и проявлений рудообразования для разных геоструктурных условий в духе идей Ф.Ю. Левинсон-Лессинга и С.С. Смирнова.

Однако представляется интересным привести некоторые общеизвестные данные, несколько подкрепляющие выводы, изложенные в статье.

В зарубежной литературе много работ посвящено вопросам связи рудных месторождений со стратиграфией, структурой и изверженными породами той или иной области. Например, Батлер считает, что образование рудных месторождений представляет лишь одну фазу целой серии тесно сопряженных геологических событий, что формулируется им в таком выводе: «Циклы эрозии, отложения осадков, складчатости и образования сбросов, вулканической деятельности повторялись в течение геологического времени, в результате чего в совершенно определенные периоды происходило образование рудных месторождений».

В этой статье, посвященной рудным месторождениям западных штатов США, Батлер для области Кордильер Соединенных Штатов выделяет три больших периода минерализации — докембрийский, послеюрский и верхнемеловой, третичный. При этом им совершенно не освещается качественная сторона вопроса, не даются характеристики различия типов минерализации, свойственных выделяемым периодам.

В том же сборнике в статье Баддингтона разбирается вопрос о связи оруденения с различными группами изверженных пород па примере тех же западных штатов. В своей статье он обращает внимание на различия минерализации двух поясов, один из которых расположен восточнее, а другой — западнее мезозойских батолитов Берегового хребта Аляски и Сьерра-Невады Калифорнии. Указывая на это различие и констатируя, что западнее батолитов расположен пояс, где обычно развиты основные и ультраосновные породы, он тем не менее считает эти различные ассоциации (гранитные батолиты и серия основных и ультраосновных пород) магматических пород за проявления единого магматического цикла.

Геологический материал, приведенный в статьях этого сборника, вполне допускает возможность и другой трактовки вопроса, а именно что в пределах этой области имели место проявления магматизма разных циклов, отнюдь не отвечающие последовательной эволюции единой магмы. Наоборот, можно думать, что на общем фоне геологической истории области имеется соответствие между тектоническими и магматическими циклами, которым также отвечают определенные ассоциации изверженных пород, сопровождающиеся специфической минерализацией. Касаясь некоторых конкретных случаев специфической минерализации, отметим, что многочисленные апатитовые жилы Юго-Восточной Норвегии, колчеданные залежи в сланцах и древних эффузивах той же Норвегии, развитые в пределах каледонских сооружений, представляют примеры минерализации, сходной с проявлениями минерализации каледонских магматических комплексов Кавказа и Горного Алтая. С другой стороны, оловорудные с определенной ассоциацией минералов месторождения Западной Европы (Корнуэлл, Рудные горы) связаны с гранитными интрузиями варисских сооружений. Проявления такой минерализации, естественно в других масштабах, известны также для варисских интрузий Кавказа и Алтая.

Одновременно со сказанным, учитывая специфику рудопроявлений, связанных с тем или иным магматическим комплексом, формировавшимся в определенных геоструктурных условиях, настоящей статьей обращается также внимание на желательность более детального изучения разновозрастных и приуроченных к различной геоструктурной обстановке эффузивных комплексов. С эффузивными и субвулканическими комплексами связаны многие крупнейшие рудные месторождения. С этой точки зрения, помимо общеизвестных данных о металлоносности порфиров и риолитов. Американского континента (олово-серебряные руды Новой Мексики и др.), небезынтересно вспомнить об особенностях состава пород вулканической формации Аппенинского полуострова, описанной Бурри, которая представлена своеобразными трахитами (по Вашингтону — тосканиты), содержащими в своем составе до 0,71% редких земель (массив Monte Amiata). Минерализация, связанная с эффузивами, известна для эффузий не только кайнозойского вулканизма, но и верхнепалеозойского. Вместе с тем пока не имеется данных, говорящих о концентрациях редко встречающихся элементов в каледонских эффузивах (спилито-кератофировая формация) геосинклинальных зон, в которых, как видно из предыдущего, часто залегают колчеданные руды.

Учитывая все это, представляется целесообразным с точки зрения выявления связей между оруденением и магматизмом при исследованиях в областях развития эффузивов обращать внимание на особенности состава эффузивных и экструзивных пород и их производных, с учетом специфики акцессорных примесей.

Предварительные общие выводы, изложенные в настоящей статье, о возможной специфике разновозрастных магматических комплексов и связанной с ними минерализации, формирующихся в определенных геоструктурных условиях, т. е. о специфике, находящейся в зависимости от эволюции во времени геосинклинальных поясов, основаны пока па небольшом фактическом материале.

Вопросы, затронутые настоящей статьей, одинаково должны интересовать и петрографа, и тектониста, и исследователя в области металлогении. Решение этих вопросов, достаточно важных для указанных областей геологии, возможно лишь при совместных усилиях заинтересованных специалистов. С этой точки зрения представляется целесообразным и своевременным провести комплексное изучение во всех возможных деталях истории развития какого-либо определенного, наиболее изученного участка геосинклинального пояса (Кавказ, Средняя Азия и т. д.). При этом вопросы тектоники, стратиграфии, магматизма и рудообразования должны разрешаться так, чтобы получилась достаточно ясная картина соотношений и соответствия во времени тектонических и магматических процессов, характеризующих определенные этапы истории развития геосинклинальной зоны.